Особняк Ашурбековых: в истории дома – история семьи

С началом первого нефтяного бума и появлением первых нефтяных миллионеров в Баку, в центральной части города стали возводиться многочисленные частные и общественные здания. Для их постройки приглашались лучшие архитекторы - как российские и азербайджанские, так и польские, немецкие, итальянские. В итоге в Баку были возведены сотни красивейших зданий, которые и сегодня, несмотря на обилие современной вычурной архитектуры, остаются золотым фондом нашей столицы.

Некоторые улицы старого центра являются просто заповедником потрясающих образчиков архитектуры. Например, на тихой, тенистой улице, которую старые бакинцы знают как улицу Гоголя, а раньше называвшейся Прачечной, расположены дома один великолепнее другого. Но и в этой галерее архитектурных шедевров выделяется здание под номером 28 на углу улиц имени Видади (бывшей Церковной) и Башира Сафароглу (бывшей Каменистой). Это особняк семьи Ашурбековых, семьи с богатейшей историей и традициями. Но здания, подобно людям, также имеют свои биографии, подчас удивительные. Дом братьев Ашурбековых - яркое тому подтверждение.

Узнать здание просто - по двум отливающим серебром купола и вензелю на фасаде, в котором переплелись три буквы - Т.А.А. В вензеле зашифрованы два имени и фамилия: Теймур-бек и Аслан-бек Ашурбековы.

Ашурбековы - именитый, древний род, один из древнейших в Азербайджане. Его родоначальником был известный сардар Ашур-хан Афшар, которому в 1743 г. иранский шах Надыр даровал обширные угодья на Абшероне. Эти угодья после смерти Ашур-хана стали семейным достоянием его многочисленных наследников.

После того как азербайджанские ханства насильственным образом были введены в состав Российской империи, ханские титулы были отменены и именитые потомки Ашур-хана получили помещичий титул беков - как владельцы крупных земельных наделов. Памятуя о знаменитом предке, они взяли его имя за основу принятой семьей на русский манер фамилии, которая в сочетании с новым титулом звучала как "Ашурбековы".

К одной из ветвей рода Ашур-хана Афшара принадлежал и Теймур-бек Ашурбеков - как владелец обширных земель в Сабунчах и Забрате, ставший миллионером буквально в первые же месяцы бакинского нефтяного бума.

История же красавца-дома такова. Однажды Теймур-бек увидел двенадцатилетнюю дочь своего друга, тифлисского купца Султанова - торговца дорогими коврами, антиквариатом, драгоценностями и предметами роскоши. Юная красавица Исмет произвела такое впечатление на Теймур-бека, что он сразу же вознамерился женить на ней своего младшего сына Бала-бека. Но, разумеется, не сразу, а по достижении совершеннолетия.

"Интрига" была многоходовая. Перво-наперво планировалось познакомить молодых людей, но так, чтобы не было никакого принуждения. Для этого Теймур-бек через несколько лет отправляет Бала-бека на учебу в Тифлис. Дальнейшее было делом техники: в Тифлисе молодой человек знакомится с красавицей Исмет и влюбляется в нее. Ну, а поскольку, как считал Теймур-бек, человек большой и щедрой души, "молодой ханум из Тифлиса не пристало жить в Сабунчах", где находились их основные промыслы, молодоженов ждал сюрприз - великолепный дом на Прачечной, строившийся в 1900-1904 гг.

Проектировал здание один из известнейших бакинских архитекторов того времени (или, как их тогда называли, гражданских инженеров) - Иосиф Викентьевич Гославский (1865-1904), автор проектов Бакинской городской думы, где ныне размещается Бакинская исполнительная власть), Тагиевской женской школы там же, на Николаевской (ныне здание Института рукописей имени Физули на Истиглалият), Тагиевского театра (ныне Театр музыкальной комедии на углу улицы Г.З. Тагиева и проспекта Зарифы Алиевой), тагиевских особняка на Горчаковской (ныне улица Г.З. Тагиева) и виллы в Мардакянах, здания Бакинского отделения Императорского технического общества на Торговой (ныне улица Низами), текстильной фабрики Гаджи Зейналабдина Тагиева на Зыхе и многих других величественных сооружений столицы. Дом Ашурбековых - последняя работа именитого архитектора (параллельно со зданием Городской думы), одно из его лучших творений.

Про Гославского можно подробнее прочитать здесь:

http://olaylar.az/news/blog-oksana/304372

Уютный двор, комфортабельные квартиры, невероятное богатство отделки интерьеров помещений, торжественность в решении интерьера лестничных клеток с использованием настенной живописи - все это характерно для творчества Иосифа Гославского. Архитектурная композиция, представленная подчеркнутыми угловыми объемами с куполами, решает и градостроительную задачу, занимая видную позицию в структуре исторических кварталов. В целом дом построен в стиле барокко, но ритм и членение фасадов отражают классические приемы.

В этом доме поселилась вся большая семья Ашурбековых. На первом этаже располагалась главная контора нефтяной фирмы Ашурбековых, а также квартира одного грузинского врача и его жены, княгини Дадиани. На втором этаже, в двенадцатикомнатных апартаментах, жил Бала-бек со своей семьей. Здесь родилась одна из его дочерей - Сара Ашурбекова, ставшая впоследствии известным азербайджанским историком, благодаря воспоминаниям которой и была восстановлена история этого дома-дворца.

Пятикомнатную квартиру на том же втором этаже занимал управляющий Бала-бека - горный инженер Лемм, эстонец. Уехав с наступлением "смутных времен" в 1918 г. из Баку, он вскоре стал министром горной промышленности Эстонии. На третьем этаже разместился сам Теймур-бек Ашурбеков с женой Туту ханум и старшим сыном Али-беком.

Бала-бек Ашурбеков, обладавший тонким вкусом и чувством прекрасного, пригласил одного из известных бакинских живописцев, чтобы расписать парадные со стороны Церковной и Каменистой улиц. Этим живописцем предположительно был Бенедикт Телингатер, отец знаменитого советского художника Соломона Телингатера. К сожалению, от этой росписи до нас дошла лишь небольшая часть - картина "Оазис".

Дом Ашурбековых сразу же после постройки стал знаменит не только своими архитектурными достоинствами, но и как очаг культуры. На званые вечера в этом доме съезжалась вся светская знать, вся творческая элита города. Залы поражали гостей изумительными произведениями восточного и европейского искусства. Исмет ханум и Бала-бек создали в своем доме праздничную атмосферу почитания красоты и великолепных произведений искусства и служили примером для бакинской элиты в деле благотворительности и покровительства миру искусства.

Кроме этого, Ашурбековы - одни из первых, кто стал праздновать Новый год. Кстати, о новогодних традициях старого Баку можно прочитать здесь:

http://olaylar.az/news/blog-oksana/313197

В кровавые мартовские дни 1918 г., когда Теймур-бека Ашурбекова уже не было в живых, а Али-бек был в очередном странствии, Ашурбековы были вынуждены оставить свой дом, скрываясь от зверств армянских дашнаков. Фактически дом спасла учительница девочек, француженка мадемуазель Грейло: по воспоминаниям Сары Ашурбековой, она вывесила у входа французский флаг и, представляясь подданной Франции, уберегла от погрома апартаменты Бала-бека и большую часть здания.

Однако озверевшие дашнаки, вломившись в дом с противоположной стороны, разграбили квартиру Али-бека. Что невозможно было утащить, то безжалостно разбивалось и осквернялось; такая участь постигла роскошные четырехметровые зеркала, прекрасные фигурные обои, настенную роспись в парадном... Спасибо, что не подожгли весь дом, ибо что еще ожидать от вандалов и варваров, лишенных чувства прекрасного?

Лишь после установления в сентябре 1918 г. первого на Востоке демократического государства - Азербайджанской Демократической Республики - Ашурбековым удалось вернуться в свое жилище, во многом утратившее свои прекрасные интерьеры.

Но вскоре, в 1920 г., XI Красная Армия вынесла свой безоговорочный вердикт о судьбе зарождавшейся азербайджанской демократии и государственности. Реально оценивая ситуацию, Бала-бек Ашурбеков добровольно отдал новой власти отцовский особняк, мардакянскую дачу, другой свой дом на Бондарной (в советское время Димитрова, 186). Пришедшая власть прекрасный дом на Прачечной превратила в многокомнатные коммуналки - методом пресловутого советского уплотнения. Новые "пролетарские" жильцы к былой красоте относились иной раз не лучше армянских дикарей. К сожалению, некоторые элементы дикости имеют место и по сей день...

Новым властям этого показалось мало, и она принялась буквально выживать Ашурбековых из страны. Трезво оценив ситуацию, Бала-бек Ашурбеков при ходатайстве Наримана Нариманова, дальнего родственника Исмет ханум, выехал с семьей в Стамбул, где они жили до 1925 г. Чтобы как-то прожить, приходилось продавать драгоценности, которые жена Бала-бека каким-то чудом смогла вывезти из охваченной большевистским террором страны. Весьма характерный момент: значительная часть денег была потрачена на образование детей, включая учителей иностранных языков.

Тоска по родному Баку, по дому, бесконечные письма брата с призывами вернуться, наконец, несколько стабилизировавшаяся за непродолжительный период НЭПа обстановка - все это склонило Бала-бека Ашурбекова к возвращению на родину. Это стало роковой ошибкой: в 1935 г. он был арестован и в декабре 1937-го расстрелян - на основании того, что он "дворянин, нефтепромышленник, помещик".

Ненадолго пережил брата и Али-бек Ашурбеков. Он также был арестован и провел полтора года в застенках печально знаменитой московской Лубянки. Лишь заступничество того же Наримана Нариманова помогло ему избежать казни. Однако весть о гибели брата все же добила Али-бека Ашурбекова: в начале 1940 г. он скончался от разрыва сердца.

Клеймо "детей нефтепромышленников" долго преследовало семью Бала-бека Ашурбекова, лишенную практически всего и жившую уже не в старом роскошном доме, а в скромной квартире тети Сары Ашурбековой между улицами Персидской и Шахским переулком (ныне улицы М.Мухтарова и Мирзы Фатали Ахундова).

Ашурбековский особняк повидал многое: и годы процветания, и вандализм армянских дашнаков, и суровые дни социалистической эпохи - время забвения и равнодушия... Начиная с 1991 г., квартиры в доме начали приватизироваться, кто-то начал по мере своих сил поддерживать красоту и порядок на лестничных клетках. На стенах подъезда появились фотографии старого Баку в рамочках...

Использованы материалы Сары Ашурбековой, Эльчина Алиева и Фуада Ахундова