Если раньше главным мерилом успеха фильма служило число зрителей, то теперь все расчеты ведутся в долларах, полученных от проката. Так что на 58 млн людей, сочувствовавших Калугиной и Новосельцеву, приходится 50 млн "зеленых", которые принесли в кассу поклонники Хабенского, Безрукова и Боярской. Но сколько же это "в человеках"? Статистика, все-таки найденная нами, демонстрирует полное торжество работников старого статистического учреждения: новую "Иронию" посмотрели 8,82 млн человек. Против более чем 58 млн. Впечатляет.

Сравнение "Служебного романа" с его прямым неоконкурентом - ремейком, выпущенным в прошлом году с приставкой "Наше время" - дает еще более плачевные результаты. Старания Ходченковой и Воли, решивших перевести комедию Рязанова на современный язык, оценили всего 1,87 млн любителей попкорна. Считай, в 30 раз меньше, чем в 1977 году.

- В свое время я имел глупость продать права на "Иронию судьбы" и "Служебный роман", - посетовал в разговоре с нами Эльдар Александрович. - Я могу по-своему оценивать, что сделали с этими фильмами... Но какое это имеет значение? В конечном счете судить только зрителю.

Зрители и рассудили.

Как Ахеджакову лишили жениха

Фильм "Служебный роман" родился из протеста Эльдара Рязанова против телеверсии спектакля, поставленного в Театре им. Маяковского. Трактовка молодого режиссера, хоть в ней и были заняты звезды (Александр Лазарев и другие), автору не понравилась. Вообще, пьеса Рязанова и Брагинского "Сослуживцы" была невероятно востребована: она шла на 134 сценах Советского Союза. Но ни одно прочтение не привело Эльдара Александровича в состояние восторга. Хочешь, чтобы было хорошо - сделай сам, решил Рязанов. И сделал.

Рабочее название фильма - "Сказка о руководящей Золушке". Если по поводу него Рязанов еще какое-то время сомневался, то исполнительница главной роли была известна режиссеру точно. До "Служебного романа" Эльдар Александрович уже дважды пытался задействовать у себя ленинградскую актрису, которую много раз видел на сцене и не переставал восхищаться. Алиса Фрейндлих проходила пробы в "Гусарской балладе", но в итоге уступила Ларисе Голубкиной. Не появилась Фрейндлих и в "Зигзаге удачи", хотя роль председателя месткома фотоателье - старой девы Алевтины, преобразившейся после встречи с "мухомором" Евстигнеевым - писалась специально под нее. Планы, которые строил на актрису Рязанов, разрушили ее собственные намерения. Алиса Бруновна оказалась беременна. Чтобы работа с Фрейндлих не сорвалась и в третий раз, режиссер сначала заручился ее согласием и только после этого стал наращивать актерский скелет.

Безвольным Новосельцевым назначил кумира женщин Андрея Мягкова (тогда только вышла "Ирония судьбы"). В "Служебном романе" актер отыгрался за обиду в прошлом фильме. В "Иронии" за Мягкова пел Сергей Никитин, зато Новосельцева - и говорящего, и поющего, и мнущегося - артист озвучивал только сам. А вот Олег Басилашвили, пролетевший в "Иронии судьбы" с ролью Ипполита, а здесь сыгравший отрицательного Самохвалова, говорил сразу за двоих: за автора идеи о служебном романе с "мымрой" ради кресла начальника отдела "легонькой промышленности" и за жениха секретарши Верочки, которого мы слышим, но не видим. Изначально любовная линия героини Лии Ахеджаковой была прописана ярко - она выясняла в кадре отношения с любимым, разъезжала с ним на мотоцикле. Но Александр Фатюшин, который и должен был быть бойфрендом модницы, угодил накануне съемок в больницу. И остались от Фатюшина рожки да ножки - два эпизода, в которых он виден на экране мельком и никак не связан с Верой.

От коляски для сына Волчек до венка Бубликову

Гораздо больше места занимала в "Служебном романе" и знаменитая Шурочка. Роль сотрудницы бухгалтерии, которая "всю свою энергию тратит на работу в месткоме", Людмила Иванова "увела" у Риммы Марковой.

- Мне было близко занятие, которым Шура жила, - объясняет Иванова выбор режиссера в ее пользу. - В то время я как раз была председателем месткома в театре "Современник". У меня хорошо получалось и большое (пробивать квартиры, установку телефонов актерам), и малое. Помню, как бегала по театру, собирая деньги на коляску для маленького Дениса Евстигнеева - в качестве помощи Гале Волчек.

Неглавная роль Людмилы Ивановой в этом фильме стала ее визитной карточкой. Правда, сразу после съемок актриса оставила деятельность в настоящем месткоме. Говорит, стала чувствовать, что Шура побеждает в ней ее саму. Видно, слишком глубоко вошла в образ активистки, привлекающей внимание к нуждам семей только родивших или уже умерших коллег. Сюжет с "воскресшим" Бубликовым, которого объявили покойным по ошибке, имел продолжение. Оживший мертвец гнался за Шурочкой, желая расправы, а потом извинялся и даже благодарил. Однако в фильм не вошли ни сами разборки, ни уморительные диалоги, которые Людмила Иванова помнит по сей день.

- Рязанов давал нам полную свободу, - рассказывает актриса. - Говорил, вы играйте, как чувствуете, а я, если что не так, скажу. Мы и жили своими героями. Материала наснимали на три серии, если не больше. Но получилось только две, остальное, как ни жалко, вырезали.

Всё ради Фрейндлих

Главной в "Служебном романе" была все-таки Алиса Фрейндлих. Ради нее Рязанов впервые в СССР отстроил на "Мосфильме" огромный павильон, чем совершил в какой-то мере кинореволюцию.

- Я знал, что Фрейндлих - великая театральная актриса, но работа в кино - нечто совершенно другое, к чему тогда Алиса Бруновна еще не привыкла, - объясняет режиссер свое щепетильное отношение к актрисе. - В театре все действие играется за вечер, а кино снимается маленькими отрезками в течение долгого времени, к тому же перепутанными хронологически. Человеку неопытному трудно перестроиться: сегодня она окрылена любовью к Новосельцеву и приведена в божеский вид, а завтра - угрюмый, в уродливых очках сухарь. Короче, я специально пошел на то, чтобы нарушить все правила. Мы снимали последовательно, длинными заходами и совсем не делали отдельно крупные планы.

Рязанов захватывал то, что нужно, благодаря расставленным на площадке камерам, которые предварительно были хорошо замаскированы. Одновременно съемку вели три-пять операторов. Один брал общий план, другой - средний, остальные разбирали героев персонально.

- Алиса Бруновна могла чувствовать себя, как в театре, - объясняет Рязанов. - И мы добились своего: никто, кроме Фрейндлих, не смог бы так гениально показать превращение Мымры в принцессу. Я считаю, она сыграла безупречно. Драму одиночества, пробуждение женской природы, начало любви...

- Не могу понять, в кого вы влюблены больше - в героиню фильма или в актрису?

- Если в героиню, то в ту, которой она стала под конец (смеется). А если честно, то, конечно, талант Фрейндлих в сочетании с ее скромностью, работоспособностью, обаянием, деликатностью, умением взаимодействовать с партнерами и дали тот результат, при котором фильм смог состояться. Я не жалею, что пригласил ее и что так долго ждал.