Шовкет Мамедова: первая мусульманка на оперной сцене

В Европе женщины выходили на сцену с открытым лицом еще с античных времен. На мусульманском Востоке такое не могло привидеться ни во сне, ни в бреду. На дворе начало ХХ в., а мусульманские законы все еще дают о себе знать. Женщины не только не выступают в театре, но практически не появляются там в качестве зрительниц, а если и появляются, то с закрытыми лицами и в специальных ложах, занавешенных кисеей.

Но однажды нашлась смелая женщина и вышла на сцену с открытым лицом. Не побоялась косных обывателей, зашоренных священнослужителей, устаревших правил и обычаев. Ее звали Шовкет Мамедова, ей было всего пятнадцать лет и случилось это, как нетрудно догадаться, в Баку, в Азербайджане - стране, которой судьбой было написано ломать все устои и стереотипы и становиться первой во многих начинаниях - как говорится, "впереди планеты всей".

Случилось это в теплый бакинский вечер 13 апреля 1912 г. К ярко освещенному парадному подъезду тагиевского театра вереницей подкатывают покрытые лаком фаэтоны, первые в городе автомобили. У входа висит огромная афиша: "Сегодня в театре оперными артистами будет показана новая оперетта Узеира Гаджибекова "Муж и жена". А в начале будет устроен концерт, на котором выступит ученица миланской консерватории Шовкет ханым Мамедова". Девушка планировала исполнить вокальные произведения Э.Лассена и А.Рубинштейна.

Все сборы от спектакля должны были пойти на продолжения учебы Шовкет в Милане. Она родилась в бедной, но дружной азербайджанской семье в 1897 г. в Тифлисе. Ее отец рано заметил, что дочь очень музыкальна, и старался всеми силами помочь ее развитию в этой области. Он начал искать меценатов, которые могли бы помочь Шовкет в получении самого лучшего музыкального образования.

Меценат был найден - им стал сам Гаджи Зейналабдин Тагиев, и в 1911 г. юная Шовкет уехала в Милан. Там она восемь месяцев проучилась у самой Эммы Дотти - замечательного педагога, в прошлом знаменитой певицы, много лет выступавшей в "Ла Скала".

Однако из-за романтической истории, случившейся с Шовкет в Италии (она познакомилась с Яковом Любарским, за которого впоследствии вышла замуж), девушка была лишена финансовой поддержки и была вынуждена вернуться домой. Шовкет поступила в тифлисскую музыкальную школу, но это был, конечно, не уровень Милана. Именно поэтому она с радостью приняла предложение Узеир бека Гаджибекова поучаствовать в концерте.

Узеир бек, конечно, рисковал - впервые в мировой истории выпустить мусульманку на сцену - в европейской одежде, да еще и с открытым лицом! Это был достойный всяческого уважения необыкновенно смелый поступок. Более того - в самом прямом смысле слова опасный. Но Узеир бек рискнул и тем самым вписал новую страницу в историю азербайджанского оперного искусства.

По свидетельству прессы и очевидцев, Шовкет Мамедова кристально-чистым и звонким голосом спела два вокальных произведения и была готова петь дальше, но в зале началось нечто невообразимое. Первым демонстративно поднялся и покинул зал турецкий консул в Баку. Его примеру последовали другие зрители. Со всех сторон раздавались возмущенные голоса: "Как это? Женщина поет с открытым лицом пред мужчинами?!". И на сцену полезли, поддерживая маузеры в деревянных кобурах, гочи. Назревал опасный скандал.

Все растерялись, спокойными оставались только Узеир бек и его друзья - Муслим Магомаев, Гусейнбала Араблинский, Гусейнгулу Сарабский. Нужно было выводить певицу. Однако прежде чем покинуть театр, они решили забрать из кассы собранную выручку - 1500 рублей. Но касса, увы, была пуста - их опередили все те же гочи.

Чтобы в прямом смысле слова спасти Шовкет жизнь, они закутали девушку в чужую чадру, вывели через служебный вход из театра, где их поджидал фаэтон: Узеир бек предполагал что-то подобное и заранее подстраховался.

Шовкет привезли в дом знаменитого доктора Ахундова. Он вместе с друзьями глубокой ночью отвез ее на фаэтоне в Баладжары и на этой станции посадил на тифлисский поезд, снабдив деньгами и попросив проводника никому не говорить, кого он везет в своем вагоне. Всю дорогу несчастная Шовкет проплакала: она так рассчитывала на сбор от концерта, ей так хотелось учиться дальше. Она с такой надеждой ехала в Баку, а тут ее чуть не убили. Хорошо, что рядом были друзья, не давшие ее в обиду. А в Тифлисе ей снова придется сидеть на шее у бедного отца...

И все же Шовкет удалось продолжить музыкальное образование - в Киевской консерватории, в качестве вольнослушательницы. В Киеве произошла и очень важная для творчества выдающейся певицы встреча: она познакомилась с известным русским композитором Р.Глиэром, благодаря Шовкет заинтересовавшимся азербайджанской музыкой. Впоследствии он напишет для Шовкет, специально под ее голос (лирико-колоратурное сопрано) оперу "Шахсенем".

Премьера "Шахсенем" состоялась 4 мая 1934 г. в бакинском Театре оперы и балета им. М.Ф. Ахундова под управлением автора. Партнером Ш.Мамедовой был сам Бюльбюль. Успех был оглушительный. В дальнейшем оперу практически не ставили - не было больше такого голоса, как у азербайджанской оперной дивы.

С 1921 г. Ш.Мамедова гастролировала в Москве, Ленинграде, Париже, Милане, Тебризе и Тбилиси, исполняя арии из "Травиаты", "Риголетто", "Севильского цирюльника", "Гугенотов" и др.

После европейских гастролей, она вернулась в Баку, где Узеир Гаджибеков предложил ей сыграть в "Аршин мал алане", а Муслим Магомаев дал роль в его опере "Шах Исмаил".

В 1938 г. Ш.Мамедова получила звание "Народная артистка СССР".

Почти три десятка лет Ш.Мамедова была солисткой Бакинского оперного театра, создав целую галерею классических оперных образов. Ей было 40 лет, когда она стала народной артисткой СССР. А в 1948 г., в полном расцвете сил, покинула сцену. "Лучше уйти раньше, чем позже", - утверждала она.

Она с успехом занималась преподавательской деятельностью, была директором театрального техникума, вела общественную работу, организовала Баку первое в истории республики нотное издательство. Обладая талантом публициста, неоднократно выступала в печати, особую ценность представляет ее монография "Пути развития азербайджанского музыкального театра".

С 1946 по 1950 г. Ш.Мамедова заведовала вокальной кафедрой Азербайджанской государственной консерватории, где она преподавала до самого конца ее жизни. В ее классе учились: Муслим Магомаев, Хураман Касимова, Н.Рагулина, Л.Платонова, Т.Захарова и др.

Ее еще при жизни называли "первой ласточкой" азербайджанской оперы - Ш.Мамедова доказала, что удел женщины не только кухня и дети, но и творчество, искусство. Она вывела мусульманскую женщину не только на сцену театра, но и на сцену жизни, и в этом ее глубочайшая заслуга.

Со дня ее подвига прошло ровно 100 лет, и в 2012 г. Баку, город, где чуть не убили первую оперную певицу-мусульманку, принимает у себя "Евровидение", став победителем этого престижного конкурса годом ранее - первым из всех кавказских республик. Любопытно, что Сабина Бабаева, представлявшая Азербайджан в 2012 г. на "Евровидении", имеет некоторое портретного сходство с Ш.Мамедовой. Вот такие интересные параллели истории...

DİGƏR XƏBƏRLƏR