Йиндржих Йиндржишек: чтобы помнили

Наше время - это время сплошной рекламы. Она везде: в СМИ, на домах, столбах и растяжках, даже на транспортных средствах. Однако было бы категорически неправильно думать, что такое засилье рекламы, в частности, реклама на транспорте, - изобретение нашей эпохи. Если внимательно рассмотреть фотографию 1906 г., приведенную ниже, то можно заметить, что на конке есть не только надпись "Вокзал - Баилов", но и еще одна - сбоку. Причем по размеру гораздо большая, чем табличка, обозначающая маршрут. Надпись на ней информирует о музыкальном магазине Йиндржиха Йиндржишека. И что это, если не реклама?!

Йиндржих Йиндржишек оставил заметный след и в культуре Баку, и в его экономике - потому что был человеком крайней степени незаурядным. Йиндржишек Йиндржих или, как его звали в России, Генрих Игнатьевич - купец 2-й гильдии, владелец сети музыкальных магазинов, один из организаторов противогабсбургского движения среди чехов, живших в России, член Киевской городской думы, действительный член Общества скорой помощи, "некоронованный король русских чехов".

Йиндржих Йиндржишек родился 25 июля 1857 г. в деревне Поникле Елемницкого округа на севере Чехии. В 1873 г. окончил в Либерце низшее реальное училище, учился в торговой фирме в Высоке-над-Йизерой. После этой учебы в 1878-1879 гг. торговал вразнос струнами и стеклом по селам и маленьким городкам, попав таким образом в своих странствиях коммивояжера или, точнее, обыкновенного коробейника на юг России, к Черному морю. Здесь он переменил несколько рабочих мест, пока не стал рабочим пристани.

Однако будучи военнообязанным, Йиндржишек должен был вернуться в Австрию, когда подошло время его призыва. Денег на поезд для возвращения у него не было, и он пошел пешком, дойдя до южной Венгрии. Этот поход, как он позднее говорил, имел большое значение для формирования его жизненного принципа и дальнейшей деятельности.

"Как настоящий скиталец я в пути просил у поселенцев еду и ночлег, - писал он впоследствии. - В украинских и молдавских селах жители не скупились дать молоко и хлеб. В Венгрии я пришел в усадьбу, которая принадлежала немцу. Семья сидела за столом, а я мял в руке шапку и декламировал смесью немецких и венгерских слов свою просьбу о краюшке хлеба и ночлеге. Хозяин строго посмотрел, предложил сесть за стол и наложил полную тарелку. Когда я наелся и хотел благодарить, хозяин сказал, что этого недостаточно, за еду надо заплатить. Подвел меня к большому бревну, дал топор и предложил отработать долг. Я до вечера нарубил большую кучу дров.

Утром после завтрака хозяин сказал, что я хороший работник, отработал свой долг и дал мне еще пару крейцеров. Потом он сказал, что ничего даром не дает и даром ничего не берет и что здоровый человек, если голоден, должен просить работу, но не просить хлеб. Этот совет я принимаю к сердцу и сейчас, через пятьдесят лет".

Отслужив на родине положенный срок в армии, Йиндржих Йиндржишек в возрасте 24 лет приехал в Российскую империю вторично - в 1881 г. В Киеве он начал свою самостоятельную торговлю. Сначала это были писчебумажные изделия, которые он продавал, как и раньше, просто разнося товар в сумке. Потом, накопив "капиталец", начал продавать гармошки и струны.

Благодаря его пропаганде тогда еще неизвестных в России чешских товаров, торговля пошла настолько успешно, что в 1883 году Йиндржишек сумел открыл в Киеве небольшой собственный магазинчик по продаже дешевых музыкальных инструментов и струн. А в 1885 г. открыл также мастерскую по ремонту музыкальных инструментов.
Очевидно, с этого времени его стали называть на русский лад - Генрихом Игнатьевичем. Так была заложена основа будущего большого предприятия по оптовой и розничной торговле музыкальных инструментов, которое стало потом известно по всей империи.

Собрав достаточно средств, Йиндржишек открыл большой магазин, который носил громкое название: "Депо музыкальных инструментов". Со временем предприимчивый чех присоединил к нему специальные мастерские - "заводы", производившие товар, и типографию.
 

Ассортимент был широкий: от дешевых дудок и балалаек до пианино и роялей, от концертино до больших гармоней и баянов, пользовавшихся спросом во всей России. В магазине продавались также ноты, музыкальная литература и всякие принадлежности (мы бы сейчас сказали - аксессуары) для музыкантов.

Заслуги Йиндржишека не остались незамеченными и неоцененными, и в 1895 г. на знаменитой выставке в Нижнем Новгороде ему была присуждена медаль, а на выставке 1897 г. в Киеве он был награжден малой серебряной медалью.

До Баку Йиндржишек добрался в 1900 г. Правда, в некоторых источниках можно прочитать, что первые магазины в Баку были открыты в 1916 г., но эта информация неверная - энтузиасты и поисковики с сайтов ourbaku.com и baku.ru (сообщество "Парапет") представили доказательства гораздо более раннего "проникновения" Йиндржишека в наш город. Доказательства неопровержимые - объявление в газете "Каспий", №247 за 1900 г.

Согласно этому объявлению, отделение Киевского главного "Депо музыкальных инструментов и нот" Г.И. Йиндржишека напротив Тифлисского банка на углу улицы Милютинской (ныне Тарлана Алиярбекова, в советское время - Мясникова) и Барятинской (ныне Абдулкерима Ализаде, в советское время Фиолетова) 25 октября 1900 г.

Кстати, объявления, которые давал Йиндржишек в "Каспии", очень занимательны, нестандартны и дают представления о нем как о личности. Например, объявление от 25 февраля 1902 г. гласит: "Желая расширить свой нотный склад, я пополнил его разными новостями; я решил по самым низким ценам распродать ноты старых изданий и помятые экземпляры. Играющим на рояле представляется возможность за бесценок приобрести хорошие пьесы и расширить свою библиотеку. Кроме большого количества разных танцев и легкой музыки, распродаются сборники, музыка салонная и классическая.

Привожу перечень выдающихся авторов, произведения которых предназначены для распродажи: Бетховен, Вебер, Геллер, Гендель, Дювернуа, Ланге, Лист, Лешгорн, Литольф, Мендельсон, Мошелес, Рафф, Рубинштейн, Шопен... и много других. Пока отобраны пьесы в две руки, затем последуют сочинения в четыре руки, для скрипки, виолончели и других инструментов, о чем будет объявлено особо. С совершенным почтением, И.Г. Йиндржишек".

Казалось бы, обычное объявление, пусть и нестандартное по форме. Однако из него можно извлечь очень много. Например, понять уровень музыкальной культуры Баку начала ХХ века. Можно сделать вывод, что европейские музыкальные инструменты пользовались огромным спросом, равно как и ноты. Потому что если товар покупают от случая к случаю, то совершенно не имеет смысла открывать для этого специализированный магазин.

Из перечня же композиторов становится ясно, какие сочинители считались в то время "выдающимися", т.е. можно составить себе преставление о музыкальных предпочтениях тогдашней публики. Ныне некоторые фамилии известны лишь специалистам, одну даже не удалось "расшифровать" из-за плохого качества копии номера газеты.

Йиндржишек очень ответственно подходил к рекламе. Он давал ее не только в газетах, рекламу его музыкального магазина и товаров, в нем продающихся, можно было встретить на улицах в виде щитов, на уже упомянутых транспортных средствах. Имелись и огромные плакаты на зданиях. Так, на одной из старых фотографий Баку можно заметить рекламное объявление музыкального магазина на здании, располагавшемся почти напротив "Феномена" (ныне театр Кукол).

С 1903 г. Йиндржишек начал торговлю модной новинкой - граммофонными пластинками. Совместно с немецким компаньоном Эрнстом Гессе он создает студию звукозаписи фирмы "Интернациональ Экстра - Рекорд". Пластинки изготавливались в Берлине. Рекламные объявления в газетах о продаже пластинок тоже невероятно оригинальны. В одном из них написано дословно следующее: "Кто сожалеет об отсутствии оперы и желает слушать лучших певиц и певцов, пусть купит себе граммофон и пластинки Общества "Граммофон" с маркой "Пишущий Амур", и может составить себе репертуар опер "Евгений Онегин". "Пиковая дама", "Демон", "Русалка", "Дубровский", "Галька" (опера С.Монюшко о любви крестьянской девушки - О.Б.), "Аида", "Риголетто", "Травиата", "Жидовка" (опера французского композитора Фроманталя Галеви; другие названия: "Иудейка" и "Дочь кардинала" - О.Б.), "Гугеноты", "Фауст", "Кармен", "Паяцы", "Самсон и Далила" и т.д.". Далее перечисляются солисты оперы, знаменитые исполнители, чьи голоса были записаны на пластинки.

Из этого объявления также можно сделать важные выводы, что в Баку все эти оперы были известны и находилось много желающих приобрести пластинки с ариями. Другой очень важный вывод - это отсутствие в Баку на тот момент оперного театра и сожаление об этом у определенной части горожан.

Из других объявлений, в том числе в киевских, можно узнать ассортимент магазина: "...все струнные и духовые инструменты и принадлежности к ним, как для любителей, так и для оркестра. В прилегающих к зале помещениях находится с одной стороны Фортепианное отделение, где всегда имеются налицо двести крупных инструментов (рояли, пианино и фисгармонии). С другой стороны Нотное отделение с богатейшим выбором нот всех изданий и Граммофонное отделение с громадным выбором граммофонных аппаратов и пластинок к ним.

...магазин содержит в себе все, что для музыки необходимо; от пятикопеечной дудки до рояля и оркестриона в несколько тысяч рублей. Особенного внимания заслуживает репродукционный аппарат Вельже "Миньон", передающий игру знаменитых артистов-пианистов до мельчайших подробностей верно. Аппарат Пианола-Метростиль-Темодист дает возможность всем любителям музыки играть на фортепиано всякие пьесы, не исключая самых трудных, по своему личному понятию и в техническом отношении безукоризненно. Интересующиеся вышеназванными аппаратами могут их услышать во всякое время, хотя бы в данное время не были намерены таковые покупать".

В своем бизнесе Генрих Игнатьевич Йиндржишек не ограничивается только Киевом и Баку, он полон новых деловых планов: становится совладельцем пивоварни "Главачек и Ко" в Кременчуге и даже угольных шахт. Он обращает свое внимание даже на СМИ. В те годы в России не было чешских газет, и Йиндржишек в 1906 г. помогает Вацлаву Вондраку начинать издавать еженедельник "Русский Чех" - первую газету для соотечественников.

Однако особое место в деятельности Йиндржишека заняло создание фабрики грампластинок "Экстрафон". В начале ХХ в. многие состоятельные семьи уже имели у себя дома граммофоны, поэтому на пластинки спрос постоянно рос. И в 1909 г. Йиндржишек в одной из комнат своего нового киевского магазина разместил оборудование для звукозаписи, закупленное в Германии. Это было новейшее достижение акустики и механики того времени. Голоса артистов и музыка записывались на восковые диски, которые отправляли для обработки в Берлин, где печатался весь тираж пластинок.
Спрос на них явно превышал предложение. Производство пластинок в Германии затягивало сроки выполнения заказов, торговля тормозилась.



Йиндржишек и его компаньон из Германии Эрнст Гессе решили построить собственную фабрику в Киеве, чтобы производить диски, граммофоны и выпускать рекламный журнал.
Когда здание было почти готово, произошел пожар. В огне погибло много пластинок, матриц и восковых дисков с записями. Убыток равнялся ста тысячам рублей. Гессе продал свою часть компаньону и уехал.

Генрих Игнатьевич возобновил строительство, вновь купил и разместил в нем оборудование. В конце 1911 г. фабрика с названием "Экстрафон" начала штамповать грампластинки и выпускать рекламный журнал "Граммофонный мир". Сохранилось несколько экземпляров этого журнала, на обложке одного из них за 1915 г. мы видим, что журнал посвящен пластинкам "кавказской записи".

Отсюда можно сделать неизбежный вывод, что записи на пластинках фирма "Экстрафон" проводила и в Баку. Этот вывод мог так и остаться ничем не подкрепленным, если бы все теми же энтузиастами из сообщества "Парапет" на просторах интернета не была найдена пластинка, которую мы сейчас можем не только увидеть, но и услышать записанную на ней национальную музыку.


 

В книге отчетов фирмы отмечено, что запись была сделана 8 февраля 1902 г. в Баку. Отпечатана же пластинка была в 1903 г. в Риге. Для коллекционеров особенно интересна зеленая наклейка на лейбле (круглой этикетке) пластинки. Он показывает, что пластинка была продана в музыкальном магазине на Милютинской в Баку. Впрочем, из без этой зеленой наклейки видно, что пластинка бакинская: об этом говорит слово "Баку" русскими буквами и надпись на азербайджанском арабской графикой.

Сохранились и обложки пластинок, выпускавшихся фирмой "Экстрафон".

Благодаря высокому качеству звукозаписи, хорошему оформлению и разнообразному репертуару пластинок "Экстрафон" успешно конкурировал с такими известными фирмами, как "Пате", "Метрополь", "Сирена". Продукция киевской фабрики распространялась через торговых агентов кроме Баку еще и в Москве и Петербурге.

В годы Первой мировой войны выпускались патриотические песни, которые стали пользоваться особенным успехом. В 1915-1916 гг. мощность производства достигала 500 тысяч пластинок в год!

Через некоторое время после начала своей деятельности в Баку Йиндржишек стал поставщиком Бакинского отделения Императорского Русского музыкального общества. Информацию об этом можно почерпнуть в Российской государственной библиотеке (бывшей библиотеки им. Ленина) в Москве, где хранится обложка нотной тетради с сочинением Н.Александрова "Музыкальная картина к столетию Отечественной войны 1812 года". Внизу надпись" Собственность издателя Г.И. Йиндржишека, Киев - Баку" и информация о его статусе поставщика.

Йиндржишек был также инициатором создания в Киеве культурно-просветительского общества Яна Амоса Коменского, человека, создавшего свою школу и знаменитое гимнастическое общество "Сокол", и его председателем.

В годы Первой мировой войны Йиндржишек принимал активное участие в создании чешских частей в России, которые стали частью российской армии. С марта 1918 г. и до прихода большевиков в начале 1919 г. Йиндржишек пытался спасти свои предприятия и чешскую школу в Киеве от разрухи, был защитником земляков-старожилов, общественным консулом.

Хотя еще с конца 1917 г. для Йиндржишека настали трудные времена. В экономике - разруха, музыкальные инструменты не имели спроса, его продукция стала ненужной, "Экстрафон" остановил производство - не было материалов, а работники из военнопленных ушли в добровольцы. Предприятия перестали существовать. (На их месте со времен НЭПа возникла государственная Весовая фабрика, а позже - Завод порционных автоматов.)

В феврале 1919 г. в Киев пришли большевики. Началась экспроприация. Как-то к "буржую" Йиндржишеку пришел красноармеец с написанным на смятой бумажке приказом командира полка выдать безвозмездно предъявителю гармонь для нужд полка. Генрих Игнатьевич возмутился и сказал: "Сегодня требуют гармонь, а завтра потребуют целый оркестр". Его мысль подтвердилась. Через неделю-другую пришли с требованием полного комплекта музыкальных инструментов для полкового оркестра и забрали его безвозмездно. Начали отбирать оборудование мастерских, предметы обихода из квартиры. Он видел, как разрушают его предприятия, растаскивают магазин на Крещатике, Обозную фабрику, "Экстрафон" и автомастерские, но сдерживал гнев.

В чешской школе прекратились занятия, в ней начали обитать какие-то люди. В Стромовке, названной еще при немцах "берлогой предателей", на дрова разрушали парковые сооружения и рубили деревья. Начались аресты. Пятого июля арестовали в числе прочих и Йиндржишека-младшего - племянника и тезку Генриха Игнатьевича. Арестовали по ошибке, так как старший уже скрылся, изменив внешность.

Судьба магазина Йиндржишека в Баку в эти годы неизвестна. С установлением в 1918-1920 гг. Азербайджанской Демократической Республики (АДР) в Баку власти вряд ли побеспокоили бы столь замечательный и полезный в культурном плане магазин, однако осуществлять поставки из Киева Йиндржишеку было уже невозможно, и магазин прекратил свое существование. От этого периода остался только конверт письма, отправленного из Баку в Прагу из магазина Йиндржишека в декабре 1919 г.

Судьба же самого Йиндржишека и его семьи, к счастью, известна. Йиндржих Йиндржишек и его жена Мария Кратохвилова, на которой Йиндржих женится в Праге в 1888 г., вернулись в июне 1919 г. в Чехию, в Прагу, не имея ни денег, ни каких-либо сбережений - все осталось и погибло для них в Советской России. Но никто - ни из правительства, ни из депутатских клубов - не обратил внимания на приезд Йиндржишека. Не осознавали его заслуги, не понимали, чем народ обязан ему. Никто не оказал помощи.

Венцеслав Швиговский писал, что видел Йиндржишека в первые дни после приезда. Он был бодрый и веселый, радовался, "что у нас республика, что мы свободны, что получили больше того, о чем мечтали". Однако ставил в вину власти и кругам, принимающим решения, что они безразлично относятся к своим большевикам, их сторонникам и тем, кто выступал против Легиона в Сибири, заявлял, что начнет кампанию против большевиков и будет проводить собрания. Эти мысли Йиндржишек изложил в статье "Чтобы было ясно", напечатанной 15 июля 1919 г. в №165 газеты "Národní listy". Статья завершалась словами, обращенными к политикам: "Вы не жалели никаких средств, чтобы получить власть. Ныне ее имеете, но знайте - власть связана с ответственностью". Это была последняя его публикация. Йиндржишека начали считать контрреволюционером, и он уехал из Праги.

С сентября 1919 г. Йиндржишек работал бухгалтером и секретарем в фирме по перевозке грузов в Терезине, а иногда и сам становился ездовым и управлял лошадьми. Затем Йиндржишек перешел на службу на завод, производящий моторы.



Вскоре благодаря заботам знакомых и друзей ему было предложено место управляющего студенческой колонией русской гимназии в Моравской Тржебове. С декабря 1921 г. Йиндржих Йиндржишек стал договорным служащим Министерства иностранных дел. На родине Йиндржишек вел также общественную работу: был членом Славянского акционерного торгового общества, членом комитета Объединения чехов и словаков из России.

В октябре 1923 г. он был переведен на должность консультанта по связям с Советской Россией в торгово-политическую секцию аппарата Министерства иностранных дел. Это было его последнее место службы. Скончался Йиндржих Йиндржишек 28 августа 1924 г. в возрасте 67 лет и был кремирован в крематории Ольшанского кладбища.


 

В завещании он просил, чтобы похороны были скромными. Но эту просьбу исполнить было невозможно. Огромное количество бывших чешских колонистов из России и чешская общественность сделали похороны многолюдным, торжественным траурным обрядом. Йиндржишек был невероятно популярной личность. "Йиндржих Йиндржишек - писал о нем в 1924 г. публицист Франтишек Зуман, - это имя, неразрывно связанное с вопросом прогресса и духовного расцвета нашей национальной ветви в России, ... олицетворение народной совести, бдительный страж национального духа". Ему вторил в том же году и чешский филолог Вацлав Вондрак: "Работа Йиндржишeка во время войны принадлежит истории".

После кремации, которая состоялась 2 сентября, урна с пеплом 9 декабря 1924 г. была установлена в музее Памятника Сопротивления на Трое, а потом, спустя годы, перенесена в Памятник Освобождения на холме Витков.

Посмертно в 1925 г. Йиндржиху Йиндржишеку был присвоен "Статус легионера", который он должен был бы получить еще при жизни, в 1919 году - за заслуги перед Чехословацкой республикой. После этого его вдове Марии Йиндржишковой была назначена пожизненная пенсия из фонда Министерства иностранных дел по статье "Помощь русской эмиграции...". Кстати, его вдова прожила после смерти мужа лишь шесть лет и умерла 5 марта 1930 г.

В 1926 г. был создан Фонд помощи старикам, вдовам и сиротам чехов и словаков из России им. Йиндржиха Йиндржишека. В том же году, 25 апреля, в десятую годовщину Киевского Съезда Союза чехословацких обществ, в Праге на доме, где жил и умер Йиндржишек, в торжественной обстановке состоялось открытие мемориальной доски.

Дом этот до сих пор благополучно стоит на своем месте. Но мемориальной доски на нем нет. На стене нет даже следов ее крепления. Жильцы дома говорят, что ничего не слышали о таковой. Равно как и о самом Йиндржихе Йиндржишеке. Роскошный и очень красивый дом на Крещатике, где был его магазин, разрушили в 1941 году фашисты.

Судьба урны с пеплом Йиндржишека неизвестна: во время немецкой оккупации урна была удалена фашистами из памятника Освобождения на холме Витков. Невольно вспоминаются мысли Франтишека Зумана, который в двухтомнике воспоминаний "Легенда освобождения" еще в 1922 году, при жизни Йиндржишека, написал: "Пожалуй, нигде так гротескно, как у Й.Йиндржишека..., не проявлялась справедливость выражения, что неблагодарность господствует над миром".

От бакинского периода Йиндржиха Йиндржишека осталось лишь несколько рекламных объявлений, пластинки, обложки и журналы, а также парочка фотографий городских видов, где случайно оказалась запечатлена его реклама. Самое известное фото - с конкой, идущей от Баилова на вокзал. Его приводят везде, где только можно, это один из самых популярных снимков старого Баку. Но никто не задумывается, что же это за Йиндржишек такой?..

По материалам сайтов ruslo.cz, aidm.eu, grammophon-platten.de, ourbaku.com и baku.ru

DİGƏR XƏBƏRLƏR