Владимирский централ, ветер северный…

Недавно была в ресторане. Приличного вида мужчины-азербайджанцы то и дело просили певцов исполнять "Владимирский централ". И такое случается не только в этом ресторане (не хочу говорить название), но сплошь и рядом. Создается ощущение, что в рестораны ходят лишь клиенты этого заведения... Ходят, чтобы поностальгировать под песню.Кстати, о песне. В этом году ей исполняется двадцать два года. Написал ее Михаил Круг, никогда и нигде, кстати, не сидевший. Тема этой песни самым тесным образом связана с историей и Российской империи, и Советского Союза,

Существует легенда, что в 1995 году Круг приехал в тюрьму на свидание к своему другу, криминальному авторитету, вору в законе Александру Северову и именно после этого свидания написал "Владимирский централ", хотя вышла песня в 1998 году.

Первоначальный вариант припева был: "Владимирский централ, Саша Северный, этапом из Твери..." Северов попросил Круга не использовать в песне словосочетание "Саша Северный" - не положено. Эти слова были заменены на "ветер северный".

Владимирский централ построили в XVIII веке по указу императрицы Екатерины II в 1783 году.

Спроектировал сооружение архитектор Николай фон Берк. Изначально все строилось как рабочий дом, и лишь с 1906 года, после реконструкции, рабочий дом стал называться Централом - центральной тюрьмой для содержания особо опасных преступников.

В музее Централа можно "полюбоваться" на атрибуты этого заведения.

Первая смертная казнь во Владимирском централе была совершена в 2 часа ночи с 28 на 29 июня 1907 года над Алексеем Башмаковым, партийная кличка Володя. Революционер привлекался за покушение на убийство губернатора одной из южных губерний, был осужден за сопротивление полиции при обыске, когда был убит сыщик и ранен городовой.

Бежать из Централа было невозможно. Легенда гласит, что единственным узником, которому удалось бежать из тюрьмы, стал Михаил Фрунзе, революционер и будущий создатель Красной армии, попавший во Владимирский централ за вооруженное нападение на полицейского. Однако, как позднее описал в книге его сокамерник, побег хоть и планировался, но не получился: подкупленный надзиратель уснул и не подал обещанный сигнал. Правда, сбежать Фрунзе все же смог, но не из тюрьмы, а из здания суда на Соборной площади.

В 1937 году начальником Владимирского централа стал Жан Дуппорт, один из создателей системы политических лагерей. Но вскоре Дуппорт был репрессирован и оказался в камере своего же заведения.

Спустя двадцать лет его судьбу разделил еще один чекист - генерал Павел Судоплатов, в послевоенные годы допрашивавший в камерах Владимирского централа военнопленных.

Вообще за свою историю во Владимирском централе перебывало большое количество известных личностей. Так, в 1952 году в одиночных камерах Владимирского централа разместили 32 номерных заключенных. Не то что имена, но и само пребывание этих заключенных держалось в секрете. Среди безымянных узников были члены правительства стран Балтии, их жены, венгерские коммунисты, осужденные за шпионаж в пользу Англии, брат Серго Орджоникидзе Константин Константинович, сестра жены Сталина Анна Реденс и свояченица Евгения Аллилуева.

Самого засекреченного узника привезли в тюрьму в январе 1956 года. Номера ему не присваивали, в учетной карточке у осужденного не значилось ни дата рождения, ни профессия, ни статья, только дата ареста и имя - Василий Павлович Васильев. Камера для специального гостя была приготовлена заранее, а надзиратели получили строгое наказание - с новым заключенным не разговаривать. Лишь через несколько месяцев узнали, что под фамилией Васильев скрывался сын Сталина - Василий Сталин. Сын отца народов работал на токарном станке, перевыполнял план и даже сконструировал особую тележку для перевозки продуктов.

В основном, во Владимирском централе содержали политических заключенных. Владимирская тюрьма входила в систему "особых лагерей и тюрем", организованную на основе постановления Совета Министров СССР №416-159 от 21 февраля 1948 года "Об организации лагерей МВД со строгим режимом для содержания особо опасных государственных преступников" для содержания осужденных к лишению свободы шпионов, диверсантов, террористов, троцкистов, меньшевиков, эсеров, анархистов, националистов, белоэмигрантов, и участников других антисоветских организаций, а также для содержания лиц, представляющих опасность по своим антисоветским связям и вражеской деятельности.

Побывала в суровой тюрьме и легендарная советская певица Лидия Русланова, визитной карточкой которой стала песня "Валенки, валенки, не подшиты, стареньки...". Официально народная любимица была осуждена за антисоветскую деятельность.

Неофициальная причина крылась в близкой дружбе ее мужа генерал-лейтенанта Владимира Крюкова с маршалом Жуковым. После войны Жуков назначил Крюкова руководить вывозом ценностей и имущества из Германии. Вскоре в администрации у Крюкова возникла преступная группа, которая начала успешное присвоение наиболее ценных малогабаритных вещиц. Аппетиты разгорались и дело становилось все шире и шире. Крюков сам не воровал, ему просто приносили и "дарили". Самому ему все эти ценные безделушки были ни к чему и он все это отдавал жене. Артистам, как известно денег на наряды и красивую жизнь всегда не хватает. Сбыть в разоренной стране драгоценности проблематично. Отнести в скупку? Так там настоящую цену никогда не заплатят, да еще и поинтересуются - откуда?

На приеме в английском посольстве, куда была приглашена Русланова, ее драгоценностями заинтересовался английский дипломат. Предложил продать, она согласилась, и началась самая обыкновенная купля-продажа, что в СССР было делом незаконным и наказуемым. Встречались они тайно, с соблюдением конспирации, поскольку понимали, чем это все может закончиться. Но за всеми дипломатами, в любой стране существует довольно плотный тайный надзор. МГБ заметило эти встречи и было начато дело о шпионаже, поскольку Русланова была женой генерала. Прослушка, слежка и прочие меры дали полную картину происходившего торга. Заинтересовались и происхождением ценностей. Так вышли на группу, которой руководил Крюков. И всплыли многие из окружения маршала Жукова. Оказалось, что и у него самого рыльце в пуху. Жукова простили, а остальные загремели в тюрьму, но отнюдь не за любовь к великому Жукову.

Кстати, в тюрьме Лидия Русланова тоже пела. Первого мая, когда заключенную переселяли из камеры в камеру, она не выдержала и стала подпевать доносившейся с улицы веселой песне. Надзирательница пыталась заглушить пение, стуча ключами по решетке, но сильный голос Руслановой перебить оказалось невозможно. После этого случая певицу отправили в карцер. На свободу Лидия Русланова вышла уже после смерти Сталина, в 1953 году.

В тюрьме Русланова сначала попала в одну камеру с актрисой Зоей Федоровой. После освобождения из Владимирского централа подруги приехали на гастроли во Владимир. Когда закончился концерт, Зоя Федорова уснула в машине, а Лидия Русланова решила подшутить над подругой. Попросив водителя подъехать к Владимирскому централу, около ворот она зычно гаркнула: "Федорова, с вещами на выход!" Актриса выскочила из автомобиля и кинулась к воротам.

Во Владимирском централе в качестве заключенных побывало немало старых революционеров. В 1937 году здесь сидел первый председатель президиума ЦК Российского коммунистического союза молодежи Ефим Цейтлин. Через несколько лет в тюрьму попал Семен Ляндрес, секретарь Бухарина и отец известного писателя Юлиана Семенова.

Американский летчик Гэрри Пауэрс, чей самолет-шпион У-2 сбили 1 мая 1960 года под Свердловском, был одним из наиболее известных узников. В тюрьме военный научился плести коврики из мешков из-под картофеля. Сокамерником Пауэрса стал разработчик радиолокационной станции советской системы ПВО, с помощью которой был сбит его самолет. Позднее американца обменяли на советского разведчика Рудольфа Абеля.

Двенадцать лет провел во Владимирском централе и настоящий граф, депутат трех Государственных дум, принимавший отречение у Николая II Василий Шульгин. В тюрьме немолодому заключенному разрешили творить, и он много писал, сидя в камере "на двоих" с князем Петром Дмитриевичем Долгоруковым. Сделали для узника и еще одно послабление - из-за болезни разрешили внутри тюрьмы носить специальную шляпу. После отсидки монархист и писатель остался во Владимире и был похоронен на кладбище "Байгуши" рядом со своей женой.

Генерал-майор НКВД Наум Эйтингон, известный как непосредственный руководитель операции по физическому устранению Льва Троцкого в 1940-м, руководил подготовкой к выводу за рубеж Рудольфа Абеля. Наум Эйтингон был арестован по делу Берии. В 1957 году он был осужден на двенадцать лет и с марта того же года отбывал срок во Владимирском централе. Свобода пришла только в 1964 году, а реабилитировали его посмертно в 1992 году.

Писатель и поэт Даниил Андреев попал во Владимирский централ, когда ему было сорок. Писателя обвинили в антисоветской пропаганде и дали 25 лет, позже скостив до 10. Именно в стенах тюрьмы Андреев написал книгу "Роза мира". За решеткой писатель учил заключенных сочинять стихи. В разное время с Андреевым сидели сын генерала Кутепова, историк Лев Раков, академик Парин. Из-за решетки перенесший инфаркт Андреев вышел в 1957 году.

С окончанием Великой Отечественной во Владимирском централе появились офицеры и генералы фашистской армии, признанные военными преступниками. Среди них были Вейдлинг - последний комендант Берлина, генерал-фельдмаршал Шернер - главнокомандующий группой "Центр", Пиккенброк - начальник военной контрразведки "Абвер-1", Раттенхубер - начальник личной охраны Гитлера. А после разгрома Японии тюрьма пополнилась высшими японскими военными чинами. Большинство немецких генералов и офицеров провели во Владимирском централе почти десять лет.

Единственным крупным немецким военачальником, умершим в советском плену, был фельдмаршал Эвальд фон Клейст, заключенный Владимирского централа. По легенде, после смерти его похоронили очень просто: завернули в одеяло и закопали на Князь-Владимирском кладбище безо всяких почестей. Позднее его эксгумировали и отправили на родину.

В 1945 году во Владимирском централе скончался первый переводчик на узбекский и таджикский языки произведений Пушкина, Толстого, Гоголя и других русских классиков, потомок пророка Мухаммеда Саид Ризо Али-заде. Арестовали переводчика как иностранного шпиона и, несмотря на то что срок его закончился, решили оставить в тюрьме до конца войны. Похоронили его на местном кладбище рядом с централом.

Во Владимирском централе отбывала заключение и вторая жена Семена Буденного, певица Большого театра Ольга Михайлова. В августе 1937 года, когда Буденный уехал из Москвы для инспекции военных частей округа, Ольгу Стефановну арестовали. Считается, что в заключение артистку привело поведение, компрометирующее героя революции. В централе она провела четыре года.

Не избежал Владимирского централа и публицист и правозащитник Владимир Буковский, отсидевший в тюрьме с небольшим перерывом четыре года. В советских газетах сообщали, что сел он за хулиганство. Ночью 1976 года правозащитник был переправлен в Цюрих, где его обменяли на лидера чилийских коммунистов Луиса Корвалана.

В 1970-е годы прошлого века в централе появилась новая категория "особо опасных преступников" - более восьмидесяти диссидентов: Кронид Любарский, Натан Щаранский, Анатолий Марченко. В централе отбывали заключение и члены Всероссийского социал-христианского союза Леонид Бородин, Игорь Огурцов, Михаил Садо, собиравшиеся свергнуть тоталитарный режим.

Перед Олимпиадой-80 принимается решение перевести политзаключенных вглубь страны. И вот 8 октября 1978 года большинство "политических" были этапированы в Чистопольскую тюрьму. Во Владимирском централе остались только уголовники. Но режим остался очень строгим. Чтобы спрятаться от строгости режима и "лечь на больничку", а также чтобы не ходить на работу (ворам в законе это запрещено), заключенные часто глотали всякие невообразимые штуки, некоторые больше ладони длинной.

Ну, а сейчас Владимирский централ - тюрьма. Обычная. Но о ней рассказывать уже не хочется...


 

DİGƏR XƏBƏRLƏR